«Прыжок тигра» уже позади, переходим к «Броску кобры»

В 1990-е годы Эстония успешно реализовала амбициозную программу компьютеризации и интернетизации страны, которая называлась «Прыжок тигра». Пришла пора осваивать новые горизонты,

Отвечая на вопрос Äripäev о том, что поможет экономике Эстонии снова расти, член правления KMG Infra Индрек Паппель среди прочего отметил, что одна из трех ключевых трудно решаемых проблем современной Эстонии, на его взгляд – старение населения, из-за чего не только снижается доля трудоспособной части, но и критическая масса молодых и ярких мыслителей, без которых невозможны прорывные инновации. Паппель видит решение в создании в стране среды, в которой будут процветать инновации и привлекать выдающиеся умы со всего мира. Все верно, но есть одно «но».

Создать среду недостаточно. Эстония – маленькая страна, в которой распыление интеллектуальных ресурсов приведет к низкой эффективности их использования. Государство должно задать основное направление исследований, наиболее перспективное.

Роботы – один из очевидных новых локомотивов мировой экономики, возможно, главный. В 2022-м году число действующих промышленных роботов в мире перевалило за 3,5 млн. Только за 2021-й их было введено в эксплуатацию 517 тыс. – абсолютный рекорд в истории. Причем 74% пришлось на страны Азии, в основном Китай (268 тыс.), Японию (47 тыс.) и Южную Корею (31 тыс.).

Да-да, именно Китай, который еще недавно строил экономику на избыточной дешевой рабочей силе, - сегодня уже один из мировых лидеров в роботизации промышленности. Страна столкнулась с той же проблемой, что и мы – старением населения и сужением доли трудоспособной части, что вынуждает перестраивать экономику.

В Японии еще лет десять назад определили, что новая промышленная революция будет связана с роботизацией, государство активно поддерживает программы развития в этой сфере. Так что страна неслучайно удерживает пальму первенства в роботостроении, производя половину мирового объема машин. И японцы не теряют надежды, что именно роботы вытащат их экономику из затяжной стагнации последних десятилетий.

В Южной Корее, которая лидирует по числу роботов на 10 000 работников, и вовсе не так давно приняли Закон о развитии и продвижении интеллектуальных роботов.

Отличительная черта всех трех государств-лидеров – суровая иммиграционная политика. Китай, Япония и Южная Корея жестко ограничивают въезд в их страны, что исключает получение извне дешевых рабочих рук. Остаются роботы. Потому-то японцы сильны не только в промышленном роботостроении, они активно разрабатывают роботов-сиделок, уборщиков, швейцаров…

Этот рынок еще только формируется, на нем полно свободного места и перспектив для огромного роста. При этом у эстонских предприятий уже есть неоспоримые достижения в роботостроении. На дорогах Эстонии и Литвы проходят испытания автономные роботизированные автомобили-курьеры Cleveron. Год назад российский Центр анализа стратегий и технологий предложил миллион рублей тому, кто захватит замеченную в Украине роботизированную платформу THeMIS эстонской фирмы Milrem Robotics и передаст ее министерству обороны. В Таллинне и Дубае впечатляют посетителей питейных заведений два робота-бармена стартапа Yanu…

Целенаправленным развитием роботостроения и поощрением роботизации экономики Эстония могла бы убить двух зайцев одним махом – и обрести мощный технологический драйвер экономического роста, и сократить потребность в ввозе дешевой рабочей силы, нехватка которой ощущается все острее. Но для этого нужно разработать цельную концепцию, помочь ученым, инженерам и бизнесу определить основные направления развития и поддержать их в первое время.

У Эстонии есть прекрасный опыт успешной реализации амбициозной инновационной программы «Прыжок тигра», благодаря которой к 2000-м страна вырвалась в мировые лидеры по компьютеризации и интернетизации и до сих пор относится к числу наиболее развитых в этой сфере. Теперь нам нужна новая, не менее амбициозная программа тотальной роботизации. Какой-нибудь «Бросок кобры».